При поддержке Фонда Развития Национального Туризма

Оцените материал
(1 Голосовать)

Ровно пять лет назад, 20 октября 2012 г, в субботу, примерно в 11 часов 30 минут ушла из дома и в тот день не вернулась 77-летняя жительница села Красное Рыбакова Феодосия Максимовна. На другой день вечером (темно, заметим) примерно в 21 час её нашли, идущей по дороге в обход села, ученики местной школы. Они, мальчишки, катались вдвоём на мотороллере, заметили бабушку, узнали её и на своём транспорте (это на мотороллере!) привезли обессилевшую домой! 

Со слов самой Феодосии, она ушла в тот раз собирать крапиву для кур и гусей в хозяйстве своего зятя, где и жила. Этим она занималась в течение всего лета, ходила по крапиву раза два в неделю, работа была не в тягость, далеко от дома она никогда не уходила. 


В тот день, как только Феодосия подошла к краю леса, в ста метрах от села, к ней подошли две девчушки и спросили:

- Бабушка, тебе крапивы надо? 
- Да, надо.

- Идём, мы покажем, там много крапивы!»


Феодосия не удивилась, хотя этих девочек видела впервые. Осенью хорошей крапивы найти было уже трудно, ей же доставляло радость кормить птицу, принимать участие в хозяйстве дочери. Девчонок она предупредила, что плохо видит и слышит, далеко ходить не сможет. 
По словам Феодосии, они: «… шли, шли. А потом девочки толкнули меня в яму. Я упала. Когда глаза открыла – никого нет. И где я, не пойму»

Итак. Наступает вечер субботы 20 октября 2012 г. Моросит дождь. Температура на почве в пределах 5-7 градусов тепла.

 

Если проанализировать события, Феодосия кружила всю ночь в 2-3 км от села. Наконец выбрала кучу хвороста, кое-как переночевала. Наутро вышла к пасеке (3 км от села, 200 м до поля). Ходила по ней, кричала, никто не отзывался. Ушла дальше (дорогу с пасеки НЕ УВИДЕЛА). Надо сказать, что при этом она пересекла (пусть даже ночью) высоковольтную линию передач шириной 100-150 м, по которой плохонькая, но всё же есть грунтовая дорога. 

 

Ближе к обеду вышла в поле (соседнего Можгинского района, 5-7 км по прямой от села Красное), увидела пастуха с колхозным стадом (колокольчиков у коров не было). Пастуху, а он был один, объяснила, что заблудилась со вчерашнего дня. Просила показать дорогу домой в село Красное. На что пастух ответил: «О! До Красного тебе километров восемь идти. Вот по этой дороге иди, не сворачивай!» 


Пройдя немного, Феодосия увидела деревню (предположительно – деревня Подгорная Можгинского района). Она стучалась в каждый дом! Объясняла, что заблудилась, просила воды и просила остаться до утра, обессилевшая. На улице было ещё светло, около четырёх часов дня. В первом доме дали воды. Во втором сказали, что вскоре уйдут на работу, оставить её не могут. В третьем - внутрь не пустили, но выходили во двор, показали направление на Красное. В последнем доме вышел мальчик лет восьми. Затем его мать. Объяснили, что оставить её не могут, муж дерётся. Чаем, тем не менее, напоили и решили проводить до границы районов, где с возвышенности видно село.

 

На вершине холма (Можгинская возвышенность, северная её оконечность, водораздел между бассейном Камы – речка Сюзяшурка в деревне Подгорная и бассейном Вятки – речка Сюрсовайка села Красное) мать с сыном (вдвоём пошли провожать) показали Феодосии огни нефтеучастка, за которыми угадывалось село Красное. Здесь они расстались, наказав бабушке идти прямо, не сворачивая. 

 

Примерно в 20-00 час она подошла к нефтеучастку, где её увидели охранники. Один их охранников её узнал. Это был бывший милиционер, С.А.Н., работавший ранее на станции Постол Завьяловского района. Она его тоже хорошо знала. 
И снова, С.А.Н. лишь показал направление, как попасть в село – прямой асфальт, расстояние – всего ничего, другой дороги нет. Но, ни позвонить, ни, тем более, пустить к себе отдохнуть С.А.Н. не предложил. 

 

Дойдя до села, Феодосия необъяснимо НЕ ЗАШЛА в улицу, а продолжила путь по асфальту, в обход села, по окружной дороге. Эту дорогу в своё время проложили нефтяники, по ней, минуя село, выезжаешь на трассу «Нылга-Ижевск». Через час Феодосия оступилась и упала без сил. В это время она практически вышла за пределы села. Вот тут-то её и заметили мальчишки, что гоняли на своих мопедах по асфальту.

В отличие от всех предыдущих, встреченных Феодосией людей, эти мальчишки знали, что человек потерялся, что все её (бабушку) ищут. И предложили довезти до дома, усадив (!) на заднее сиденье мопеда. Именно таким образом, через пять минут после встречи, они и завели обессиленную Феодосию домой, передав на руки дочери. 

Версия родственников

 

В субботу выдавали пенсию. Рыбакова Феодосия Максимовна, 77 лет, на почту не спешила. По причине своей глуховатости и слабого зрения она давно перепоручила столь радостное для многих событие своей дочери. Сама же перед обедом собралась крапивы набрать для кур да гусей. На дворе конец октября, но Феодосия дважды в неделю исправно ходила на конец улицы, где вдоль забора, да ближе к лесу перезрелая крапива всё ещё стояла частоколом. 


Часа через полтора-два близкие хватились бабки. Дочь, сама ставшая давно бабушкой, собиралась в школу мыть полы. А потому отправила мужа проверить, куда та могла запропаститься. Но и у самой сердце не на месте. Дойдя до школы, отпросилась у завхоза, вернулась домой. Начинался мелкий дождь. Муж, вернувшись, удручённо пожал плечами: «Нигде нет». 


Забежали к соседке, сестре мужа. Прихватили её мужика. Вчетвером обошли окрестности. 
- Видел я её. Аккурат перед обедом к водобашне шла, как обычно с серпом и мешком под крапиву. 
- Ну, и где сейчас она? 
- А шут её знает! Она же не видит толком, куда ей уйти? 


Вернулись. Обошли соседей, спрашивая: кто, что видел. Никто, однако, ничего сказать не мог. 
- Слушай, Галя! Твоя мать откуда родом? 
- Из соседнего района. Из Комарово. 
- Так, поди, в родную деревню и подалась? «Замкнуло» в голове и ушла, по телевизору показывали подобное. 
- Какой там ушла! На ней галоши, да одежда лёгкая! Она более, чем на полчаса не уходила раньше.


Начинало темнеть. Дождь не усиливался, но и не прекращался. Галя побежала на верхнюю улицу к главе администрации. Когда вернулась, возле их дома столпилось человек десять соседей, в руках у многих был фонарики. 


- Ты, Галя, скажи, где обычно твоя мать крапиву собирала? - подошедший глава администрации оглядел собравшихся. – Давайте разделимся на две группы, одна пойдёт вдоль леса в сторону Лучега, вторая – по полю в сторону нефтеучастка. 


Александр выгуливал собаку, кобеля западносибирской лайки, когда ему на мобильный позвонила жена и сообщила, что всех мужчин с фонариками просят собраться в конце улицы для поиска потерявшегося человека. 

 

- Да я у них сегодня был, отопление смотрел. И бабушку видел. Как она могла куда-то уйти! 


Подойдя к водонапорной башне, он увидел далеко в поле несколько фонарей. Слева, вдоль леса были слышны голоса. Направился туда и вскоре повстречал Сергея-дальнобойщика и Михаила, работавшего пожарным у нефтяников. Они изрядно вымокли, остановились перекурить. 


- Не будет её в лесу, здесь она где-то, в деревне. Упала в канаву, встать не может. У неё и сердце больное. – Сергей показал на заросшее поле. – Вон, лебеда выше человека, мимо пройдёшь и не заметишь. 
- Слушай, в нашем селе за последние пять лет три или четыре человека потерялись. Всех нашли в границах села. 
- У нас три, в Рябиновке четвёртый. Он через неделю в пруду всплыл. 


В голову лезли нехорошие мысли. 


- Идём, скважины у нефтяников осмотрим, там обваловка высокая, здоровому-то человеку трудно выбраться, если упадёшь. 

 

Минут через пятнадцать собрались все поисковики. Из женщин были только сама Галя и её дочь. 


- У Светки Ложкиной забор упал, в огороде бурьян. Может туда зашла...
- Ты обойди огород, справа выйдешь, кликнешь, если что. 
- Ма, ты отдай фонарик Александру, он с собакой. 


Трава мокрая хлестала по одежде, в сапогах предательски начинало чавкать. Александр понимал, что его лайка - собака охотничья, вряд ли поможет в поисках человека. Да ещё в такую погоду. Но в лицах женщин он читал надежду, и не хотел её разрушать. 


Возле дома стояла «буханка» полиции. Глава администрации, поговорив с капитаном, зашёл с ним в дом. Вскоре вернулся и объявил: «Завтра сбор в восемь. Просьба прийти всем, кто сможет!» 

 

Воскресенье. Вечер. 21 час 45 минут 

 

- Галя, иди, мать принимай! – муж Гали, Николай, зайдя домой, тут же вышел. 


Сердце захолонулось: «Неужели мёртвую привезли?» 


Во двор, открыв калитку настежь, заводили под руки обессилевшую Феодосию Максимовну два местных паренька. 

 

Хроника событий со слов Феодосии Максимовны 
(разговор в оригинале по диктофонной записи) 

 

- Гуси больно любят. Из-за гусей пошла за крапивой. Раньше никого не видела. В тот день двое девчонки оказались. 
- Бабушка, тебе крапива надо, да? - Да, - говорю. - Мы много крапивы знаем. Больно хорошие! 
Ну, по лесу ведут-ведут. 
- Я, - говорю – слепая, глухая. Далеко не ведите меня. 
- Ладно, ладно, бабушка. 


Вели, вели, вели по лесу. Какой-то ямка. Туда толкнули. Смотрю так, ни одной девчонки, никого нет. Ладно неглубокой! Девчонкам лет двенадцать-четырнадцать, так примерно. На ногах – я ладом не вижу, не помню. Шапочки вроде были. Платье нету, в брюках, да чёрной куртка. Говорили по-русски. 


Около кладбища подальше пошла, оказались две девчонки (повторяет). По лесу вели, вели меня. Куда вели, не знаю. 
Туда толкнули, я туда спустилась. Голову подняла – ни девчонки, никого нету. На улице светло ещё было. 

 

Продолжение записи. Разговор с пастухом.

 

- Я заблужённой человек, - говорю. Шапку снял. - Дорогу мне покажите. Мне в Красное надо. 

- О, до Красного восемь километров тебе, бабушка! 


Коров пас. Колоколы нет. Колхозных пас. Ладом-путём не говорит, я не спросила, где я. 
Днём это было. В двенадцатом часу по моей голове. Пошёл, меня довёл. 


- Нагорной (деревня) тут недалеко, по этой дороге никуда не вернись. По этой дороге прямо иди, - говорит. 


Я пошла туда, до того пить хочу! Подошла уж в деревню, дак. Зашла. Стучала. Пустили. 
- Ой, умираю, - говорю, – пить хочу! Дайте! 
- Воду, да? 
- Дак, я не пьяница, мне воду надо. Я уж засохла совсем. Со вчерашнего дня, заблужённой человек я, - говорю. 


Три кружки сразу выпила. Мне легче вроде стало. Пошла. 


- Вот так, так иди, мол. До Красного дойдёшь, пе. 


Мужчина был это. Позвонить-то номера я не знаю. Голова-то не работает уже. Сказал только. Не выходил из дому, до крыльца только дошёл. Ворота открывал. Так, пе, иди. Ещё дома были. На конце зашла я. 


- Я очень уставший, - говорю, - до утра отдыхать, хоть на крыльце буду спать. Пустите! 


Она, видимо, поняла, что я заблужённый, не евший, не пивший. Два стакана чая напоила. На кухне. 


- Я тебя пустила бы, бабушка, но ночью на работу пойду. Никак не могу. Туда иди-ка, пе. Там двое старики – старуха со стариком живут. Они вроде пустят. Отдохнёшь, бабушка! 


Туда пошла. Мужчина:

- Кто там? Что стучишься?
- Я, - говорю,- заблужённой человек я. Очень уставший. Пожалуйста, пустите меня до утра отдыхать! 
- Нет! У меня ворота валятся! 
- Я на ворота не буду спать, - говорю, - на крыльцо пустите, уж! 


Потом рядом с ней захожу. Там закрыто. В третий дом захожу. Мальчик вышел:

- Кого надо, бабушка?
- Где мама? 
- Мама, мама! – кричал. 
Подошла мама. 
- Отдыхать меня не пустите до утра? Уставший я, - говорю. 
- Очень муж дерётся! Лучше мы тебя прямо до дороги проводим. 


Проводили, слава богу, господи. Время часов пять было. Далеко провожали, очень. Четыре с половиной километров, что ли, они шли со мной. 


- Прямо никуда не шевелись, прямо по этой дороге иди, на асфальт выйдешь. Потом на асфальт выйдешь, там на асфальте тоже прямо иди, никого не увидишь, если. 
Мальчик лет семи был. 
- Мужик дерётся. Из-за меня попадёт вам. 
- Терпеть будем. Только никуда не теряйся, бабушка, - говорит она, женщина. 


Пошла. Там свет горит (нефтеучасток). Я заходила, пить опять хочу. Потом знакомой. С.А.Н. На станции Постол (Завьяловский район) милиционером работал. Очень хорошо друг друга мы знаем. 
- А.Н., - говорю, - очень уставший я. - Пусти до утра отдыхать. 
- Мне попадёт, - говорит, - мы никого не пускаем здесь. Нельзя. До дороги доведу, никуда не сворачивай. 


Не предложил позвонить. Грамотный ведь. Даже Колю (зятя) знает он. До дороги проводил, сам на место вернулся. Иду, иду. Полтора километра он сказал. Иду, иду. Вроде семь километров уже. Что-то А.Н. меня обманул, думаю. Не поняла, что около села иду. Темно стало. Ладом не вижу. 


Ладно, слава богу, двое пацаны наши на мотике. Прямо до дома меня привезли. Даже под ручку завели домой. Маленький мотоцикл. Я упала, они меня увидели, видимо. Они узнали:

- Айда, бабушка, айда! До дому проводим!
- Не упадёшь, я тихонько поеду. 


Под руку завёл домой. Часов восемь было. 
Внучка: «Двадцать минут десятого!» 
- Чай пила – душа прямо… 

Записано 23 октября 2012 г на мобильный телефон.

 

Взгляд со стороны

 

Деревня Подгорное Можгинского района находится в 9 км от села Красное. Это по дороге через нефтеучасток. Возвращаясь домой, Феодосия Максимовна шла именно этим путём. Выйти ночью из леса к Подгорной баба Феня могла либо со стороны села Норья Малопургинского района (очень сложный лес с многочисленными оврагами), либо со стороны села Пычас Можгинского (лес попроще). И в том и другом случаях овраги, что попадутся на пути следования, не каждый здоровый человек даже днём отважится преодолеть. А здесь ночью! 77-летняя пенсионерка! 


Сутки без воды и пищи, без тепла и ночлега! Двадцатикилометровый марш-бросок в галошах и лёгкой одежде. Вот что значит закалка наших родителей и бабушек! Вы на себе примерьте: как ночью в лесу эти километры пройти? Это факты, что к мистике не относятся. 

 

А вот мистическая составляющая. Александр Фёдорович Журавлёв, местный житель, в недавнем прошлом учитель, поведал: «Девушки те – блуждающие души. Много лет назад в лесу погибли две девушки от рук нехороших людей. С тех пор осенью и весной они периодически встречаются. Но встречи эти ничего хорошего не принесут». 

 

Про девушек мы знаем только со слов самой бабы Фени, оставим на её совести рассказанное. Тем не менее, остаётся вопрос: «Как можно уйти в лес далеко от дома? Что движет здорового человека?» 


По пути следования баба Феня должна была пересечь широкую, около ста метров, высоковольтную линию передач. Не заметить её даже ночью невозможно. По этой линии ты придёшь в населённый пункт. Азбука! Дороги нефтяников. Их несколько! И все они также по пути следования. И осенью эти дороги с хорошими колеями. Даже ночью, попав в колею, ты с неё не свернёшь. Баб Феня прошла, НЕ ЗАМЕТИВ!

Подойдя к селу, почему не сообразила зайти в улицу? Почему уходила от родного дома? Ведь, если б не мальчишки, куда б её занесло в этот раз?


Следующий момент – отношение людей к человеку, просящего о помощи. 


Я по-прежнему считаю деревенских, сельских жителей, особенно в глубинке, почитающими путников, бескорыстно готовыми помочь страждущему. Знакомый бабе Фене С.А.Н. (без обиды) мог по телефону позвонить, сообщить родственникам, администрации, полиции, в конце концов. В прямом смысле «замкнуло» у всех в этой истории. 

 

И несколько слов о географическом моменте. 
Весь путь Баба Феня прошла по географическому водоразделу рек Кама и Вятка, по Можгинской возвышенности, северной её оконечности. Село Красное с речкой Сюрсовайка относится к бассейну реки Вятка. Перевалишь возвышенность, окажешься в бассейне реки Кама (пастуха повстречала). «Тёмные силы» водили ночь по вятской стороне (помните: кикиморы кировские в передаче?). Утром, выйдя на камскую (на "светлую") сторону, начался путь домой. 


Про географический момент в истории – это моя интерпретация. Это первое, что мне пришло, услышав повествование Феодосии Максимовны. 

Автор текста и фото: А.А. Кондратьев

 

 Понравилась статья? Поделитесь с друзьями! Спасибо!

Комментарии VK

 

Прочитано 400 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Источник