При поддержке Фонда Развития Национального Туризма

Вторник, 26 Июль 2016 07:00
Оцените материал
(2 голосов)

Как известно, у горы есть несколько имен: Байгурезь (богатая гора), Каргурезь (гора с городищем) и Бакгурезь (немая гора). Узнаем историю происхождения последнего названия, мифы и легенды, связанные с горой, а также роль кумышки в жизни древних удмуртов.


Происхождение название Бакгурезь, «немая гора», дебёсцы объясняли по-разному.
Говорили, что когда-то у подножия Байгурези жил немой мельник. Мука на его мельнице будто бы была самого отличного помола, поэтому молоть зерно к нему приезжали с огромной округи. Отсюда дескать и пошло первоначальное название «гора немого мельника», которое впоследствии трансформировалось в «немую гору».

 

 

Но хотя мельницу у подножия Байгурези дебёсцы действительно издавна содержали на общинных началах (в официальных документах Вятской губернской казённой палаты упоминания о ней встречаются с 1860-х годов), всё-таки вряд ли они когда-либо согласились бы напять мельником немого человека. Ведь его работа как раз требовала особо интенсивного общения с огромной массой людей...

 

По другой легенде немой человек один раз в году мог обрести здесь дар речи. Для этого ему надо было подняться на гору по самому её крутояру и выпить на вершине рюмку кумышки.

 

Правда, при этом также требовалось соблюсти ещё два важных условия. Во-первых, при восхождении на Байгурезь рюмку с кумышкой надо было держать в руке и не расплескать из неё ни одной капли. Во-вторых, такое чудесное обретение дара речи могло совершиться только в месяце инвожо - июне (удмуртское «ин» - небо, «вожо» - переход; изменение), в дни летнего солнцестояния - вожодыр («переходное время»).

 

При расшифровке этой легенды дебёсских удмуртов становится ясно, что она имеет очень древние корни. Оказывается немой в ней - это представитель мира умерших (он же мир подводный и подземный). Ежегодное восхождение его на вершину Байгурези по представлениям дебёсцев, а может быть, и всех верхочепецких удмуртов, олицетворяло собой акт вселенского масштаба. Мир в этот период, который удмурты неслучайно называли переходным и самым изменчивым, умирал и затем рождался вновь.


Считалось, что при восхождении немого на Байгурезь происходило смешение трёх миров - нижнего мира умерших (подводного/подземного), среднего мира ныне живущих на земле и верхнего мира небожителей. Время смешения трёх «этажей» мироздания для человека признавалось самым опасным. Весь окружающий мир вдруг становился шатким. Явь легко могла обернуться навью. А наваждение можно было принять за реальность.


Поэтому на Байгурезь в дни летнего солнцестояния без особой надобности ходить строго запрещалось. С одной стороны, человек здесь в такие дни мог нечаянно очутиться не на своём «этаже» и больше никогда не вернуться к своим близким. С другой стороны, своим внезапным появлением в самый неподходящий момент он мог помешать «рождению» нового мира. Это, в свою очередь, навсегда прервало бы естественный ход событий.

 

В дебёсской легенде о немом, каждый год взбирающемся на Байгурезь и обретающем на её вершине дар речи, нашло отражение присущее для всех традиционных земледельческих сообществ восприятие времени в виде бесконечного движения по кругу. Неизменность его характера воспринималась как гарантия экономического и духовного благополучия.


Без каких-либо натяжек нашу легенду о немом можно поставить в один ряд с мифами Древнего Египта и Древний Греции об умирающих и вновь воскресающих богах Осирисе и Дионисе. В этом плане дебёсские удмурты были ничем не лучше и не хуже древних египтян и греков: они тоже воспринимали время как нечто цикличное.


Здесь уместно привести интересное свидетельство профессора УдГУ Виктора Васильевича Туганаева о том, как в старину воспринимали дебёсскую сторону алнашские удмурты.

 

 

Удмуртское название нашего села Дэбес они связывали со словами «дэб» - бесконечность, «ос» - дверь, словосочетание которых можно перевести на русский как «дверь в бесконечность». А если говорить языком поэзии, то - «дверь, распахнутая в бесконечность».

 

Такой взгляд не на село Дебёсы, естественно, а на Байгурезь ещё раз подтверждает её значимость как одного из важнейших памятников истории и культуры северной Удмуртии.


Особое место в легенде о немом отводится кумышке. И это чиже совсем неслучайно. Удмурты-язычники почитали кумышку ча дар богов и пили её только в ходе обрядовых действий. Ведь, не попробовав кумышку, найти с богами общий язык было нельзя. И, как следствие того, нельзя было донести до их ушей и просьбы-молитвы о благополучии удмуртов. Поэтому удмурты, даже будучи так называемым новокрещенным народом, а в советские годы «атеистами», вели с властями упорную борьбу за право варить кумышку.


Кроме того, напоминание легенды о запрете немому проливать хотя бы даже каплю кумышки на сторону, указывает также на то, что в окончательном виде её содержание оформилось в период коренной ломки патриархально-общинного быта дебёсских удмуртов. Традиционный мир удмуртской общины действительно затрещал по швам на рубеже XVIII - XIX веков.


Сначала это было связано с окончательным оформлением направлений Сибирского тракта по территории северной Удмуртии (60-80-е годы XVIII века). Затем, в самом конце XVIII века, русским крестьянам начали разрешать переселяться на исконно удмуртские земли, что раньше строго запрещалось.

 

А в 1830-е годы для удмуртов-новокрещенов вновь восстановили институт православных миссионеров, в своё время упразднённый после пугачёвсих событий.


Кстати, именно с 1830-х годов в отчётах священников-миссионеров впервые стали появляться упоминания о повальном пьянстве удмуртов, их внезапно проявлявшейся озлобленности и скрытности, чего прежде никогда не наблюдалось.

 

В этот же период власти стали поговаривать и об окончательном запрете кумышковарения, так как теперь удмурты изготавливали кумышку не только для общения со своими языческими богами, но и для продажи её из-под полы.


Продавали этот «дар удмуртских богов» как русским крестьянам, так и всяким проезжим по Сибирскому тракту людям. Кроме того, пили и сами. То есть на самом деле с 1830-х годов дебёсские удмурты стали расплёскивать кумышку не по делу - направо и налево. Оттого-то ревнители удмуртской старины серьёзно опасались, что однажды немой, поднявшись на Байгурезь, окажется без капли кумышки и навсегда останется немым.


Дебёсская легенда о немом, ежегодно обретающем дар речи на вершине Байгурези, совершенно уникальна. Подобных легенд в Удмуртии ныне не услышишь…

 

Оригинал:http://selodebesy.ru/legendi/baigurez-legenda.html

фото для заголовка: Влад Кумачев 

 

Комментарии VK

 

Прочитано 3208 раз
Другие материалы в этой категории: « Потянуло на Байгурезь Гора Байгурезь »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Источник